«ПАРУСА СУДЬБЫ»
Стоит ли мне писать об Андрее Воронове-Оренбургском? Пожалуй, глупый вопрос? Конечно, стоит. Хотя бы уже потому, что знаю его давно и он ни разу не изменил себе, своему писательскому призванию, своему желанию создавать "классные книги". Хоть мы и были с ним долгие годы на "ты" ( в бытность его работы уральским краевым очеркистом ), но близких, доверительных отношений у меня с Андреем не сложилось. Бывали размолвки, случались сближения, но все в рамках нашей живой журналистской жизни, в силу близости многих позиций. Мы, оба-челябинцы, были введены Юрием Волковым, после его прихода в российский еженедельник " ЮЖНО-УРАЛЬСКАЯ ПАНОРАМА", который он и возглавил. Но куда большее влияние на концепцию популярного еженедельника, в частности, - на его замечательный исторический, краеведческий раздел, - оказывал сам Андрей. Временами он был как бы его негласным, главным куратором, идеологом, если хотите. И надо сказать: многие неожиданные авторы-корреспонденты появлялись в "ЮЖНО-УРАЛЬСКОЙ ПАНОРАМЕ", - только благодаря давлению Воронова-Оренбургского.
В целом, это его творческое влияние на российский еженедельник было полезно и плодотворно. В сущности, не меняя фундаментальную деловую, индустриальную позицию еженедельника, его главную опору на тяжелую заводскую промышленность, Андрей - из кожи вон - сумел отстоять в "ПАНОРАМЕ" и важную для полуторамиллионного города Челябинска,(особенно это касается области), - почвенническую позицию, главная опора которой напротив, всегда была и остается провинция и русская деревня. Более того Воронов-Оренбургский, со свойственным ему писательским художественным воображением, с его врожденным аристократическим шиком, - придал, на мой взгляд, "ЮЖНО-УРАЛЬСКОЙ ПАНОРАМЕ" необходимую интеллектуальную глубину, определённый налёт эстетизма и философичности. Еженедельник стали читать не только патриоты, металлурги и народники, но и краевые мыслители самых разных направлений. Бессомнения, это определение можно отнести и к многочисленным книгам самого Воронова-Оренбургского, и к нему самому. Он никогда, до сегодняшнего дня, не чурался простонародных компаний... Я его встречал и в крутых, так называемых черносотенных, казачьих и криминальных кругах, но был он явно своим и в элитарных слоях литературной, театральной, музыкальной и научной интеллигенции. Как Бог свят! Его признавали и там - за своего, отделяя от нас грешных. Но сейчас не об этом.
...И все таки, как бы удачно не складывалась профессиональная журналистская карьера Андрея... Было очевидно ( мне во всяком случае ), что на Урале: ни в родном Челябинске, ни в Екатеринбурге, ни в Перми ( куда его приглашали работать), - он долго не задержится. Ровно так и вышло. И правильно, как показало время. Ведь оно, время, в таких вопросах лучший судья, не так ли? И дело здесь, конечно, ни в географии, ни в родном Челябинске...Где, кстати, замечу, - четыре академических театра, замечательная филармония, европейского уровня органный зал, более пяти ВУЗ-ов, прекрасный университет, много научных-профильных центров, чудесные дворцы спорта и многое другое... Будь то: Калининград, Смоленск, Новосибирск, Красноярск, Омск, Екатеринбург или Ростов-на-Дону... было бы тоже самое... Уж, простит меня Андрей за сравнение ...Ему, как зубастой морской касатке - водохранилища ‐любого размера- один черт, было бы катастрофически мало... Нужен был океан. Уж такая порода - деятельная, ненасытная...
Признаюсь, грешен...Я тогда испытывал примерно те же чувства... Что делать?! Уж так исторически сложилось в России, со времен великого Михайло Ломоносова... Две гордые, не знающие жалости и милосердия, незыблемые столицы, вечные соперники - Петербург и Москва - были заветной Меккой, решительно всех творцов любых направлений... Куда они-дерзновенные и рвались из века в век со всей бескрайней России, в надежде осуществить творческие планы... Ломали свои судьбы, свои "нимбы-крылья", спивались и умирали в жуткой нищите и алкогольной горячке...Конечно, кому-то везло, но большинству категорически нет. Кто-то взлетал до небес, а кто-то побитый и сирый, тенью возвращался в родные палестины... топя свое фиаско в бутылке или в наркотическом забытьи...Злобно и страшно проклинал двух стерв, две столицы,- которые казалось не верили ни в черта, ни в Бога, но уж в слезы разбитых судеб и надежд - точно! А ведь кто-то не мог позволить себе и этого, навсегда пропадая, в темных, зловонных чревах этих чудовищных мегаполисов, под звучными именами - МОСКВА и САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.
Мы тоже были заражены этой "опасной бациллой ", этой неудержимой: ни родительскими резонами-стонами, ни слезами невест, ни заклятиями магов и колдунов, - "журавлиной тягой" к далеким, счастливым - чужим берегам...И вот, в самом начале "лихих 90-х" - Андрей уехал пытать счастья в свой любимый серебряный Санкт-Петербург, а я следом - в золотую Москву.
… Время все расставило по своим местам... где сегодня место Андрея Воронова-Оренбургского, а где моё - Дмитрия Кружилина, видно всем, кто как-то связан с литературным миром. Андрей стал известным писателем с большой буквы, в обеих столицах, следовательно и в России... А я, самонадеянно веривший в себя... Что греха таить, часто, за глаза, крепко и зло критикующий своего коллегу по цеху, да, что там...сомневающийся в его писательской даровитости, - так и не написал ни одного своего романа. Не смог подняться выше литературного обозревателя, пусть и в Москве... А ведь мне тогда казалось: мы абсолютно равные с ним по силе духа, творческих амбиций и деловитости. Но на поверку: одинаковой оказалась лишь наша стартовая площадка... Страдал ли я по этому? Не то слово! Еще как!! Но время не только хороший судья, но и лекарь. Раны мои сердечные зарубцевались за тридцать лет.
Между тем, Воронов-Оренбургский зря времени не тратил... За 30 лет упорного, едва ли не ежедневного труда, он написал 30 томов! И каких! И это, не считая еще двух музыкальных спектаклей, которые он написал в соавторстве со старшим братом Сергеем в конце 80-х гг. : "ДЕНИС ДАВЫДОВ" и "МОРСКОЙ ДЬЯВОЛ " по роману А.Беляева "ЧЕЛОВЕК АМФИБИЯ".
Рассказывая о Воронове-Оренбургском, хотелось бы отметить и то, что он никогда не любил биться за себя, за личное благополучие, исключительно за свою карьеру. Зато, как лев, бился за своих друзей-товарищей по перу... в том числе и за меня.
Сам я никогда в его литературном кругу не числился. По прошествии многих лет, говорю теперь о своём неучастии с определенным сожалением, ибо по-светлому всегда завидовал его успеху и творческим удачам его литературных единомышленников... Но, может быть, именно поэтому, будучи свободен от его влияния и его поддержки, я более других, объективно оцениваю его роль в формировании литературной атмосферы в питерских и московских издательских кругах, осознаю значимость его, как русского писателя и просветителя. Порой я чувствую некую ревность в отношении к себе со стороны Андрея. Ревнует он, естественно, сопоставляя меня не с собой, он был и остаётся абсолютно свободен от зависти, ибо по-прежнему творчески очень силён и цену себе знает, - а со своими иными, так и не вспыхнувшими, а лишь творчески тлеющими товарищами. А я, признаюсь, чувствуя эту ревность, искренне жалею, что в свое время ( из-за своих надуманных химер: молодеческого гонора и амбиций, так и не оказался среди его одаренных друзей-писателей из Питера и Москвы, не почувствовал на себе его мощной, "бульдозерной" поддержки.
Тем не менее, пробив себе самостоятельную дорогу литературного журналиста в Москве, я уже не мог примазываться к его кругу задним числом; вести же себя с ним на равных, как земляки, - тоже не мог, хотя бы из уважения к возрасту ( Андрей старше меня на шесть лет). Но более другого,меня теперь давил тяжелый гнёт его многочисленных, действительно замечательных романов. Против танка с ломом не попрешь, ведь так?.. Да и как личность я его уважал всегда, с университета, даже вступая с ним часто в ожесточённую полемику. Но, что особенно меня в нем восхищает: это его свирепая одержимость в работе, в творчестве, в достижении поставленной перед собой цели, какой бы сложности она ни была! И это при том, что у него никогда не было ни своего «тягача» ( в лице известных, именитых родителей, родственников или кого-то ещё из сильных мира сего...) ни своего «толкача», который мог бы курировать его тернистый писательский путь и помогать в литературной карьере; ни других гнусных, садомских карьерных связей, в которых, увы, по ноздри, а то и с головой, - погрязли ныне обе столицы вместе с Кремлем...
Андрей наперекор всему, выковал себя сам, - а это, как известно, дорогого стоит! Особенно в наше гнилое, византийское время...
...Хорошо помню один из моих приездов в Питер в конце 90-х... Нашу встречу в одном из литературных кафе на Невском...Помню небольшой зальчик, набитый до отказа, горячие споры о русскости, о народности, о традиционализме... Откровенно говоря: многое из того, что я услышал тогда от Воронова-Оренбургского, было для меня внове, непривычно ломало всю сложившуюся с университета систему взглядов. Я, естественно, бросился с ним в спор, защищая свободу и независимость писательского кредо. Священное право писателя - на вольность и эксперимент. Сейчас, по прошествии немалых лет, признаю всю правоту тогдашних его утверждений. Это и была очередная метастаза в костяке станового хребта постсоветской культуры...А более точно: громкое эхо ползучей фундаменталистской революции в России, отчётливые громы которой, пришлись на нашу молодость и горбачевскую «гласность» второй половины 80-х...
Поразившись тогда невиданному консерватизму и, оспорив его в Воронове-Оренбургском, многие совсем молодые, задиристые-категоричные писаки позже сами стали занимать ещё более радикальные русские позиции и рубежи. Что ж, надо признать, что подобные «патриотические десанты», как бы их не хулили, не обливали дерьмом и помоями демократы и либералы... оказались не напрасными, и даже очень! Это надо знать и сегодняшним русским лидерам! Не бояться предательской власти злобных временщиков; ни споров с их проплаченными, насквозь лживыми пропагандонами на ТВ и другими спорщиками от либерастов!… Потому что: НАДО УМЕТЬ ЗАРОНИТЬ В ДУШАХ МОЛОДЫХ - ЗДОРОВОЕ, БЕЗ ЧЕРВОТОЧИН ЗОЛОТОЕ ЗЕРНО ФУНДАМЕНТАЛЬНОЙ РУССКОЙ ИСТИНЫ!
Сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю и другое. Уже в те далекие годы, задыхаясь от духоты безвременья и пустой «перестроечной» болтовни инициативного ставропольского трепача... Андрей выискивал талантливых и близких ему по духу творцов по всей России. Я убежден: что сложись обстоятельства его биографии другим образом, Воронов-Оренбургский непременно бы стал не только одним из послов русского движения, но сумел бы, как легендарный литературный критик Вадим Кожинов или литературовед Дмитрий Галковский - сформировать свою плеяду последователей, только писательскую. И тогда ... попасть под его творческое крыло - уже почти гарантировало бы вхождение на парнас писательского процесса.
Впрочем его монументальная военно-историческая проза легко переживет и без моих домыслов и критических сентенций... Вадим Назаров - главный редактор весьма солидного, известного на всю Россию, питерского издательства " АМФОРА", как-то сказал в одном из своих литературных обозрений:
- Все хорошо знают... Литературная планка издательства "АМФОРА" изначально была и остается очень высокой...Скажу откровенно: не для ювсех... Но талант Андрея, герои его романов, взяли эту высоту... Да, мы печатаем Воронова-Оренбургского наряду с другими известными современными писателями нашего времени.
Его называли: и новым Пикулем, и русским Дюма, и Генриком Сенкевичем, и Болеславом Прусом. Однако, у нашего современника есть свой неподражаемый стиль. Его шеститомник "ФАТУМ" и кавказский цикл романов: "КАВКАЗ - ПРОПОВЕДЬ В КАМНЕ", "РАЙ ПОД ТЕНЬЮ САБЕЛЬ", "СЛЕД БАРСА", "ВОЛЧЬЕ ЭХО", " ДАРГО - КРОВЬ ЗА КРОВЬ " - ставили в один ряд с лучшими военно-историческими романами Европы, такими как: " ПОТОП", " ОГНЕМ И МЕЧОМ", " ПАРИЖСКИЕ ТАЙНЫ ", " РУКОПИСЬ НАЙДЕННАЯ В САРАГОСЕ", "АНЖЕЛИКА", ФАРАОН ", "КРЕСТОНОСЦЫ" и другие. Однако, Андрей сам по себе гранитный утес в современном литературном мире. И не нуждается в поддержке каких-либо модных сегодня серий и громких литературных имен. Он объективно крупный, серьезный и крайне интересный Автор.Его время несомненно придет и скоро. А это главное!
- И вот это время писателя Воронова-Оренбургского наступило. И чтобы он не делал, в какую бы сторону не поворачивалась фортуна, она неизменно поворачивается в сторону Андрея. И я искренне рад за него, он заслужил это честным, упорным трудом. Читательский интерес, тем более читательскую любовь за деньги не купишь, ведь так? А ему пишут благодарные читатели да, да, со всего мира... И, конечно, из республик бывшего Советского Союза! О России я уже и не говорю... Вот и делайте сами выводы...Но дело, я думаю, не в том, что он такой единственный и неповторимый ( хотя и в этом, - другого такого я не знаю... Возможно, Захар Прилепин? Ну, если только отчасти...но это уже представитель другого,более молодого поколения ) ... Просто народу всегда, особенно в трудные времена, как сейчас, нужен настоящий герой ! Замечу и в жизни, и в литературе, и в кино. Надежный лидер, стоящий человек! Те, кто лично знает Андрея, бесспорно поддержат меня: Андрей обладает именно такой харизмой. Этакий русский, мачо: абрек, ковбой, лихой казак - в одном флаконе; бывший бесстрашный морпех, умеющий постоять за Родину, близких и за себя. Удивляло всегда и другое: как Андрей легко проходил через все официозные головомойки и никогда не отчаивался. Я бы сказал: он писатель и мыслитель - моцартианского склада с налетом давыдовского гусарского куража. Сколько помню: Андрей шествовал по жизни, как " творянин", по-хлебниковски заменивший "д" на "т". Думаю, что если бы в конце концов наш главный редактор "ЮЖНО-УРАЛЬСКОЙ ПАНОРАМЫ" выгнал неуёмного Автора с должности краевого очеркиста за какой-нибудь очередной журналистский эксперимент или радикальный поступок, он бы не стал по сему поводу убиваться, хотя место в российском еженедельнике, скажу по опыту, дорогого стоило... и вчера, и сегодня. Возможно, поэтому он никогда не был зол на советскую власть, - что лично не терпел от нее никаких невзгод, не подлаживался под неё и не укрощал свои мысли. Это все работники ЦК КПСС, журналисты из "Коммуниста" и других идеологических структур оказались, в подавляющем большинстве своем, в наши дни якобы жертвами советского строя и лютыми антисоветчиками яковлевской, гайдаровской и чубайсовской пробы, ибо вынуждены были ежедневно себя укорачивать, ну, ну...Но наш герой с его ласковым сарказмом и вольным творческим поведением, так и не стал: ни интеллектуальным циником, ни мрачным мизантропом... И, начиная с «перестроечной» возни предателя Горбачева, видел уже в советской власти лишь позитивные факторы для укрепления: и народа, и сильной Державы, — что для Андрея, было в приоритете и первостепенным.
- Для нынешних молодых читателей и не только... полагаю, он всегда был и остаётся убежденным патриотом своей страны. Конечно, славянофилом и, пожалуй, примером русского интеллигента, если только не обижу Автора этим ( уж очень он не терпит это слово "интеллигент", считая, что им, весь 20 век, прикрывались и прикрываются те, кто на самом деле до мозга костей, ненавидит Россию, все русское и собственно русский народ, который бы стоило сократить до 15-и миллионов, а лучше вообще уничтожить, прибрав его богатейшие территории к своим цепким, загребущим рукам...
- Добавлю, что при всей своей доброжелательности, открытости, Андрей на моей памяти никогда не предавал свои принципы, а взгляды менял не в орущей толпе со всеми, а скорее, наоборот, - в противовес всем, в силу своей индивидуальности и своих внутренних метаморфоз.
Не берусь судить: к счастью или нет, но Андрей Воронов-Оренбургский никогда не был и литературным начальником. При этом, он был кем угодно: подвижником, пассионарием, пропагандистом, просветителем, весомым критиком в своем деле, неистовым спорщиком с заклятыми оппонентами; ярым защитником своих политических баррикад... А ещё: душой общества, неуёмным веселым бражником, знатоком и ценителем мировой литературы и кино; неисправимым вольнодумцем, ревнивым полемистом, прекрасным исполнителем своих личных и известных русских романсов, арий и куплетов из классических оперетт... конечно,музыкантом, - в университетскую бытность он блестяще играл на рояле, любил «BEATLES “и (будучи на замене), нередко стоял за клавишами в том или другом ресторане вечерней Челябы; ко всему прочему, он браво скакал на лошадях, метко стрелял из ружья, дрался памятно на кулаках и лихо метал десантный морпеховский нож... Словом, ему было чем очаровать прекрасный пол, что он охотно и делал... Но не только очаровать, но и постоять за него, наказать обидчика, если в том была нужда... Да, чуть не забыл: он также, весьма недурно рисовал, предпочитая графику; и сделал серию классных иллюстраций к одному из своих первых романов- словом был человеком-оркестром, но... только не чиновником! И вот этого состояния «кем угодно» хватало ему, чтобы написать за 30 лет 30 томов и 2 трехактных музыкальных спектакля! Невероятно!!! Но более того - ещё и помочь многим начинающим дарованиям - на журналистском и писательском поприще.
Конечно, я не никоим образом не сравниваю Воронова-Оренбургского с такими корифеями, мастодонтами - критиками литературы и национальными идеологами современности, какими были академики - Д.Лихачев, А.Панченко, Б. Аверин, В.Кожинов, А. Проханов, Лакшин, Дедков или Селезнев... Я с большим пиететом отношусь к этим большими именам к их творчеству, научным литературоведческим работам, и меня радует выросшая за все последние годы слава, которой они все заслуженно и бесспорно достойны. Тому свидетельствуют тектонические, необратимые изменения в нашей истерзанной «смутным временем» стране и собственно - народное пробуждение ... Что ж, безвременно ушедшие от нас мыслители, зубры отечественной науки, как и положено, из современников достойно перешли в историю. Иные, куда более знаменитые: и патриоты, и демократы, на другой же день после своей кончины, несмотря на все старания властей или соратников, переходят в сноски, ссылки и примечания... А по сути, становятся фоном ушедшей истории, о них забывают не только друзья, но даже близкие люди и родственники, увы... Однако популярность Дмитрия Лихачева, Бориса Аверина, Александра Панченко, Вадима Кожинова - лишь растет на глазах! Их труды раскупаются и вновь переиздаются! Сегодня путинская - откровенно авторитарная, воровская и деспотичная Россия, - ее задыхающийся от нищеты и произвола власти народ, как никогда, почувствовал потребность в глубинных переменах и в своих русских мыслителях, а не в пришлых,заморских, чужих! И меня поражает, как по-хамски двуликие либералы ничтоже сумняшеся, по-привычке приватизировали себе имя Аполлона Григорьева, почвенника, крутого национального идеолога... Вашу мать!… Он же по взглядам своим для доморощенных либерастов — трижды фашист! Ловкачи - либералы сработали на опережение, потому как шкурой чуяли: скоро настанет, придёт неминуемо время потребности в национальных русских мыслителях, а они «избранные Небом» — тут как тут со своими услугами...
Дай Господи, пронесёт! И русский народ все-таки обойдётся на этот раз без «добрых услуг» сих хазарских упырей... Я отчетливо понимаю, что вчера и сегодня, даже на страницах «НАШЕГО СОВРЕМЕННИКА», бурлит и набирает все большую силу совершенно определенная грязная игра,— по отлучению, всех выше перечисленных мною титанов мысли, включая и светлые умы, ныне здравствующих ученных мужей-мыслителей «ИЗБОРСКОГО КЛУБА»,— от роли идеологов русского общества! Некая скрытая и не скрытая ( как в случае с Александром Прохановым) — откровенно подлая травля и демонизация их персоналий. Мол ( тот же активный гражданский деятель неуемный Проханов ) — и впрямь невероятно талантливый-плодовитый писатель и публицист; «ши- рокий и глубокий в своих метафизических воззрениях, как Русский Мир—увы, господа, — абсолютно чуждый творец — современной демократической идеологии и очевидный враг — нашего правительства и народного Президента! Болезненно любящий лишь Красную Россию и все её кумачовые социальные атавизмы... При этом, заметьте, испытывающий неизлечимую фантомную боль: по краху Советского Союза и исчезновению Великой Красной Империи... . Да,да! У колыбели которой, стояли его кумиры — чудовищные вожди-людоеды — ЛЕНИН и СТАЛИН!!»
Вот такие, мать их...времена в нашем « датском королевстве»... А между тем, и Александр Проханов, и Вадим Кожинов, и Александр Панченко... любили, принимали: и Вознесенского, и переменчивого, как флюгер Евтушенко, и Рейна, дружили-общались с Василием Аксеновым, с Юзеком Алешковским и Андреем Битовым, — были признаны западными славистами. Не буду даже отрицать, скажем Кожинов, со многими из них был весьма дружен... Мог кого-то и до смерти своей ценить и любить из либеральных талантливых литераторов. А почему нет, если талантливо?!... Что тут можно добавить к сказанному ? Просто все они были и есть добрые душой и хорошими истинно русскими людьми. Что же, право...им угрюмо отворачиваться от протянутой руки и что-то злобное цедить сквозь зубы? Да,бросьте вы, в самом деле... Вот это, было бы действительно не по нашему, не по-русски.
Но, давайте, вернемся к нашему герою, по моей вине, оставленному «на обочине», и я еще раз повторюсь. Конечно, я не сравниваю Воронова-Оренбургского с выше перечисленными теоретиками и критиками литературы... Да, у меня и не стояло такой задачи. Каждому свое... Но в контексте уже сказанного о русской культуре, национальной идее России и собственно концепции русскости, скажу... У Андрея Воронова-Оренбургского, как мне кажется, на первый план сегодня выходят не его исторические, основательно закрученные сюжеты и даже не поиск новых, еще не набивших оскомину тем...А именно его прозорливый, вдумчивый авторский взгляд на Россию, его видение сложных и судьбоносных проблем Отечества... И, если угодно, его писательский хроникальный анализ р у с с к о г о п у т и. Это - как надёжный фундамент для будущего, как каменный замок, перед строительством новой сторожевой башни. Решение этих архисложных задач он, как творец, осуществляет не посредством научных теоретических и литературоведческих изысканий, исследований... Но, как писатель: через драматические узлы судеб своих героев, через огненные чистилища — горнила эпох, в которых им суждено быть и пройти суровые, подчас страшные и жестокие испытания на прочность; чтобы при этом остаться людьми, помнить для чего и зачем ты рожден...Чтобы спасти от гибели свою поруганную Отчизну, очистить ее скверны и чужеродных врагов!
В течение 30-и лет, не теряя из виду творчество своего известного земляка, в конце своего разговора я попытаюсь сделать объективное резюме.
Последние полтора десятилетия, словно чувствуя некий высший долг, следуя Божьему замыслу, писатель Воронов-Оренбургский через свои романы — для всех россиян осмысливает историю России, не обходя все неприятные и бьющие по национальному самолюбию острые углы, определяя её истинный, глубинный национальный путь. И тем самым пытается дать себе и, конечно, всем нам, — что очевидно — да, трудную, но надежду на светлое будущее!
В заключении, хочу привести сильное, с дальним прицелом, высказывание самого Автора, услышанное мною во время одной московской литературной баталии, столь им любимых...
«Что ж, Вадим Кожинов оказался последним русским национальным богатырем-мыслителем 20 века. Который завершил собой и своей смертью столь трагический век, бросившись на амбразуру, перекрыв смертельный и губительный для русских огонь либерализма и индивидуализма! Браво! «Безумству храбрых поем мы песню!»
Из множества прозвищ, которые Александр Проханов получил, вступив на поприще служения Красной Империи: «Соловей Генштаба», «Денщик ГлавПУРа», «Советский Киплинг» и другие... Наиболее адекватным было, пожалуй, «Последний солдат Империи». Да, он воспевал Империю, пока Империя существовала... Но, в отличие от других — имя им легион...Он жертвенно верен ей и теперь, после гибели. Браво! Оmnia mea mecum porto.
Ex ungue leonem!
И если идеолог В. Кожинов дал нам щит, а Последний солдат Империи - А. Проханов слабеющей рукой передал нам меч... Уверен — Россия выстоит, и, как всегда, и победит! Быть может, такими и должны быть наши национальные герои? Без злобы и уныния, с гордо поднятой головой, высоко ценя : честь, доблесть, верность, достоинство и красоту. Н)о зная, что высшая красота - не торжествующая триумфом сила и звенящая успехом сталь... Но первостепенно — красота гражданского мужества».
Дмитрий Кружилин
Журналист, «Газета русских писателей», 2014 г.
Стоит ли мне писать об Андрее Воронове-Оренбургском? Пожалуй, глупый вопрос? Конечно, стоит. Хотя бы уже потому, что знаю его давно и он ни разу не изменил себе, своему писательскому призванию, своему желанию создавать "классные книги". Хоть мы и были с ним долгие годы на "ты" ( в бытность его работы уральским краевым очеркистом ), но близких, доверительных отношений у меня с Андреем не сложилось. Бывали размолвки, случались сближения, но все в рамках нашей живой журналистской жизни, в силу близости многих позиций. Мы, оба-челябинцы, были введены Юрием Волковым, после его прихода в российский еженедельник " ЮЖНО-УРАЛЬСКАЯ ПАНОРАМА", который он и возглавил. Но куда большее влияние на концепцию популярного еженедельника, в частности, - на его замечательный исторический, краеведческий раздел, - оказывал сам Андрей. Временами он был как бы его негласным, главным куратором, идеологом, если хотите. И надо сказать: многие неожиданные авторы-корреспонденты появлялись в "ЮЖНО-УРАЛЬСКОЙ ПАНОРАМЕ", - только благодаря давлению Воронова-Оренбургского.
В целом, это его творческое влияние на российский еженедельник было полезно и плодотворно. В сущности, не меняя фундаментальную деловую, индустриальную позицию еженедельника, его главную опору на тяжелую заводскую промышленность, Андрей - из кожи вон - сумел отстоять в "ПАНОРАМЕ" и важную для полуторамиллионного города Челябинска,(особенно это касается области), - почвенническую позицию, главная опора которой напротив, всегда была и остается провинция и русская деревня. Более того Воронов-Оренбургский, со свойственным ему писательским художественным воображением, с его врожденным аристократическим шиком, - придал, на мой взгляд, "ЮЖНО-УРАЛЬСКОЙ ПАНОРАМЕ" необходимую интеллектуальную глубину, определённый налёт эстетизма и философичности. Еженедельник стали читать не только патриоты, металлурги и народники, но и краевые мыслители самых разных направлений. Бессомнения, это определение можно отнести и к многочисленным книгам самого Воронова-Оренбургского, и к нему самому. Он никогда, до сегодняшнего дня, не чурался простонародных компаний... Я его встречал и в крутых, так называемых черносотенных, казачьих и криминальных кругах, но был он явно своим и в элитарных слоях литературной, театральной, музыкальной и научной интеллигенции. Как Бог свят! Его признавали и там - за своего, отделяя от нас грешных. Но сейчас не об этом.
...И все таки, как бы удачно не складывалась профессиональная журналистская карьера Андрея... Было очевидно ( мне во всяком случае ), что на Урале: ни в родном Челябинске, ни в Екатеринбурге, ни в Перми ( куда его приглашали работать), - он долго не задержится. Ровно так и вышло. И правильно, как показало время. Ведь оно, время, в таких вопросах лучший судья, не так ли? И дело здесь, конечно, ни в географии, ни в родном Челябинске...Где, кстати, замечу, - четыре академических театра, замечательная филармония, европейского уровня органный зал, более пяти ВУЗ-ов, прекрасный университет, много научных-профильных центров, чудесные дворцы спорта и многое другое... Будь то: Калининград, Смоленск, Новосибирск, Красноярск, Омск, Екатеринбург или Ростов-на-Дону... было бы тоже самое... Уж, простит меня Андрей за сравнение ...Ему, как зубастой морской касатке - водохранилища ‐любого размера- один черт, было бы катастрофически мало... Нужен был океан. Уж такая порода - деятельная, ненасытная...
Признаюсь, грешен...Я тогда испытывал примерно те же чувства... Что делать?! Уж так исторически сложилось в России, со времен великого Михайло Ломоносова... Две гордые, не знающие жалости и милосердия, незыблемые столицы, вечные соперники - Петербург и Москва - были заветной Меккой, решительно всех творцов любых направлений... Куда они-дерзновенные и рвались из века в век со всей бескрайней России, в надежде осуществить творческие планы... Ломали свои судьбы, свои "нимбы-крылья", спивались и умирали в жуткой нищите и алкогольной горячке...Конечно, кому-то везло, но большинству категорически нет. Кто-то взлетал до небес, а кто-то побитый и сирый, тенью возвращался в родные палестины... топя свое фиаско в бутылке или в наркотическом забытьи...Злобно и страшно проклинал двух стерв, две столицы,- которые казалось не верили ни в черта, ни в Бога, но уж в слезы разбитых судеб и надежд - точно! А ведь кто-то не мог позволить себе и этого, навсегда пропадая, в темных, зловонных чревах этих чудовищных мегаполисов, под звучными именами - МОСКВА и САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.
Мы тоже были заражены этой "опасной бациллой ", этой неудержимой: ни родительскими резонами-стонами, ни слезами невест, ни заклятиями магов и колдунов, - "журавлиной тягой" к далеким, счастливым - чужим берегам...И вот, в самом начале "лихих 90-х" - Андрей уехал пытать счастья в свой любимый серебряный Санкт-Петербург, а я следом - в золотую Москву.
… Время все расставило по своим местам... где сегодня место Андрея Воронова-Оренбургского, а где моё - Дмитрия Кружилина, видно всем, кто как-то связан с литературным миром. Андрей стал известным писателем с большой буквы, в обеих столицах, следовательно и в России... А я, самонадеянно веривший в себя... Что греха таить, часто, за глаза, крепко и зло критикующий своего коллегу по цеху, да, что там...сомневающийся в его писательской даровитости, - так и не написал ни одного своего романа. Не смог подняться выше литературного обозревателя, пусть и в Москве... А ведь мне тогда казалось: мы абсолютно равные с ним по силе духа, творческих амбиций и деловитости. Но на поверку: одинаковой оказалась лишь наша стартовая площадка... Страдал ли я по этому? Не то слово! Еще как!! Но время не только хороший судья, но и лекарь. Раны мои сердечные зарубцевались за тридцать лет.
Между тем, Воронов-Оренбургский зря времени не тратил... За 30 лет упорного, едва ли не ежедневного труда, он написал 30 томов! И каких! И это, не считая еще двух музыкальных спектаклей, которые он написал в соавторстве со старшим братом Сергеем в конце 80-х гг. : "ДЕНИС ДАВЫДОВ" и "МОРСКОЙ ДЬЯВОЛ " по роману А.Беляева "ЧЕЛОВЕК АМФИБИЯ".
Рассказывая о Воронове-Оренбургском, хотелось бы отметить и то, что он никогда не любил биться за себя, за личное благополучие, исключительно за свою карьеру. Зато, как лев, бился за своих друзей-товарищей по перу... в том числе и за меня.
Сам я никогда в его литературном кругу не числился. По прошествии многих лет, говорю теперь о своём неучастии с определенным сожалением, ибо по-светлому всегда завидовал его успеху и творческим удачам его литературных единомышленников... Но, может быть, именно поэтому, будучи свободен от его влияния и его поддержки, я более других, объективно оцениваю его роль в формировании литературной атмосферы в питерских и московских издательских кругах, осознаю значимость его, как русского писателя и просветителя. Порой я чувствую некую ревность в отношении к себе со стороны Андрея. Ревнует он, естественно, сопоставляя меня не с собой, он был и остаётся абсолютно свободен от зависти, ибо по-прежнему творчески очень силён и цену себе знает, - а со своими иными, так и не вспыхнувшими, а лишь творчески тлеющими товарищами. А я, признаюсь, чувствуя эту ревность, искренне жалею, что в свое время ( из-за своих надуманных химер: молодеческого гонора и амбиций, так и не оказался среди его одаренных друзей-писателей из Питера и Москвы, не почувствовал на себе его мощной, "бульдозерной" поддержки.
Тем не менее, пробив себе самостоятельную дорогу литературного журналиста в Москве, я уже не мог примазываться к его кругу задним числом; вести же себя с ним на равных, как земляки, - тоже не мог, хотя бы из уважения к возрасту ( Андрей старше меня на шесть лет). Но более другого,меня теперь давил тяжелый гнёт его многочисленных, действительно замечательных романов. Против танка с ломом не попрешь, ведь так?.. Да и как личность я его уважал всегда, с университета, даже вступая с ним часто в ожесточённую полемику. Но, что особенно меня в нем восхищает: это его свирепая одержимость в работе, в творчестве, в достижении поставленной перед собой цели, какой бы сложности она ни была! И это при том, что у него никогда не было ни своего «тягача» ( в лице известных, именитых родителей, родственников или кого-то ещё из сильных мира сего...) ни своего «толкача», который мог бы курировать его тернистый писательский путь и помогать в литературной карьере; ни других гнусных, садомских карьерных связей, в которых, увы, по ноздри, а то и с головой, - погрязли ныне обе столицы вместе с Кремлем...
Андрей наперекор всему, выковал себя сам, - а это, как известно, дорогого стоит! Особенно в наше гнилое, византийское время...
...Хорошо помню один из моих приездов в Питер в конце 90-х... Нашу встречу в одном из литературных кафе на Невском...Помню небольшой зальчик, набитый до отказа, горячие споры о русскости, о народности, о традиционализме... Откровенно говоря: многое из того, что я услышал тогда от Воронова-Оренбургского, было для меня внове, непривычно ломало всю сложившуюся с университета систему взглядов. Я, естественно, бросился с ним в спор, защищая свободу и независимость писательского кредо. Священное право писателя - на вольность и эксперимент. Сейчас, по прошествии немалых лет, признаю всю правоту тогдашних его утверждений. Это и была очередная метастаза в костяке станового хребта постсоветской культуры...А более точно: громкое эхо ползучей фундаменталистской революции в России, отчётливые громы которой, пришлись на нашу молодость и горбачевскую «гласность» второй половины 80-х...
Поразившись тогда невиданному консерватизму и, оспорив его в Воронове-Оренбургском, многие совсем молодые, задиристые-категоричные писаки позже сами стали занимать ещё более радикальные русские позиции и рубежи. Что ж, надо признать, что подобные «патриотические десанты», как бы их не хулили, не обливали дерьмом и помоями демократы и либералы... оказались не напрасными, и даже очень! Это надо знать и сегодняшним русским лидерам! Не бояться предательской власти злобных временщиков; ни споров с их проплаченными, насквозь лживыми пропагандонами на ТВ и другими спорщиками от либерастов!… Потому что: НАДО УМЕТЬ ЗАРОНИТЬ В ДУШАХ МОЛОДЫХ - ЗДОРОВОЕ, БЕЗ ЧЕРВОТОЧИН ЗОЛОТОЕ ЗЕРНО ФУНДАМЕНТАЛЬНОЙ РУССКОЙ ИСТИНЫ!
Сейчас, с высоты прожитых лет, я понимаю и другое. Уже в те далекие годы, задыхаясь от духоты безвременья и пустой «перестроечной» болтовни инициативного ставропольского трепача... Андрей выискивал талантливых и близких ему по духу творцов по всей России. Я убежден: что сложись обстоятельства его биографии другим образом, Воронов-Оренбургский непременно бы стал не только одним из послов русского движения, но сумел бы, как легендарный литературный критик Вадим Кожинов или литературовед Дмитрий Галковский - сформировать свою плеяду последователей, только писательскую. И тогда ... попасть под его творческое крыло - уже почти гарантировало бы вхождение на парнас писательского процесса.
Впрочем его монументальная военно-историческая проза легко переживет и без моих домыслов и критических сентенций... Вадим Назаров - главный редактор весьма солидного, известного на всю Россию, питерского издательства " АМФОРА", как-то сказал в одном из своих литературных обозрений:
- Все хорошо знают... Литературная планка издательства "АМФОРА" изначально была и остается очень высокой...Скажу откровенно: не для ювсех... Но талант Андрея, герои его романов, взяли эту высоту... Да, мы печатаем Воронова-Оренбургского наряду с другими известными современными писателями нашего времени.
Его называли: и новым Пикулем, и русским Дюма, и Генриком Сенкевичем, и Болеславом Прусом. Однако, у нашего современника есть свой неподражаемый стиль. Его шеститомник "ФАТУМ" и кавказский цикл романов: "КАВКАЗ - ПРОПОВЕДЬ В КАМНЕ", "РАЙ ПОД ТЕНЬЮ САБЕЛЬ", "СЛЕД БАРСА", "ВОЛЧЬЕ ЭХО", " ДАРГО - КРОВЬ ЗА КРОВЬ " - ставили в один ряд с лучшими военно-историческими романами Европы, такими как: " ПОТОП", " ОГНЕМ И МЕЧОМ", " ПАРИЖСКИЕ ТАЙНЫ ", " РУКОПИСЬ НАЙДЕННАЯ В САРАГОСЕ", "АНЖЕЛИКА", ФАРАОН ", "КРЕСТОНОСЦЫ" и другие. Однако, Андрей сам по себе гранитный утес в современном литературном мире. И не нуждается в поддержке каких-либо модных сегодня серий и громких литературных имен. Он объективно крупный, серьезный и крайне интересный Автор.Его время несомненно придет и скоро. А это главное!
- И вот это время писателя Воронова-Оренбургского наступило. И чтобы он не делал, в какую бы сторону не поворачивалась фортуна, она неизменно поворачивается в сторону Андрея. И я искренне рад за него, он заслужил это честным, упорным трудом. Читательский интерес, тем более читательскую любовь за деньги не купишь, ведь так? А ему пишут благодарные читатели да, да, со всего мира... И, конечно, из республик бывшего Советского Союза! О России я уже и не говорю... Вот и делайте сами выводы...Но дело, я думаю, не в том, что он такой единственный и неповторимый ( хотя и в этом, - другого такого я не знаю... Возможно, Захар Прилепин? Ну, если только отчасти...но это уже представитель другого,более молодого поколения ) ... Просто народу всегда, особенно в трудные времена, как сейчас, нужен настоящий герой ! Замечу и в жизни, и в литературе, и в кино. Надежный лидер, стоящий человек! Те, кто лично знает Андрея, бесспорно поддержат меня: Андрей обладает именно такой харизмой. Этакий русский, мачо: абрек, ковбой, лихой казак - в одном флаконе; бывший бесстрашный морпех, умеющий постоять за Родину, близких и за себя. Удивляло всегда и другое: как Андрей легко проходил через все официозные головомойки и никогда не отчаивался. Я бы сказал: он писатель и мыслитель - моцартианского склада с налетом давыдовского гусарского куража. Сколько помню: Андрей шествовал по жизни, как " творянин", по-хлебниковски заменивший "д" на "т". Думаю, что если бы в конце концов наш главный редактор "ЮЖНО-УРАЛЬСКОЙ ПАНОРАМЫ" выгнал неуёмного Автора с должности краевого очеркиста за какой-нибудь очередной журналистский эксперимент или радикальный поступок, он бы не стал по сему поводу убиваться, хотя место в российском еженедельнике, скажу по опыту, дорогого стоило... и вчера, и сегодня. Возможно, поэтому он никогда не был зол на советскую власть, - что лично не терпел от нее никаких невзгод, не подлаживался под неё и не укрощал свои мысли. Это все работники ЦК КПСС, журналисты из "Коммуниста" и других идеологических структур оказались, в подавляющем большинстве своем, в наши дни якобы жертвами советского строя и лютыми антисоветчиками яковлевской, гайдаровской и чубайсовской пробы, ибо вынуждены были ежедневно себя укорачивать, ну, ну...Но наш герой с его ласковым сарказмом и вольным творческим поведением, так и не стал: ни интеллектуальным циником, ни мрачным мизантропом... И, начиная с «перестроечной» возни предателя Горбачева, видел уже в советской власти лишь позитивные факторы для укрепления: и народа, и сильной Державы, — что для Андрея, было в приоритете и первостепенным.
- Для нынешних молодых читателей и не только... полагаю, он всегда был и остаётся убежденным патриотом своей страны. Конечно, славянофилом и, пожалуй, примером русского интеллигента, если только не обижу Автора этим ( уж очень он не терпит это слово "интеллигент", считая, что им, весь 20 век, прикрывались и прикрываются те, кто на самом деле до мозга костей, ненавидит Россию, все русское и собственно русский народ, который бы стоило сократить до 15-и миллионов, а лучше вообще уничтожить, прибрав его богатейшие территории к своим цепким, загребущим рукам...
- Добавлю, что при всей своей доброжелательности, открытости, Андрей на моей памяти никогда не предавал свои принципы, а взгляды менял не в орущей толпе со всеми, а скорее, наоборот, - в противовес всем, в силу своей индивидуальности и своих внутренних метаморфоз.
Не берусь судить: к счастью или нет, но Андрей Воронов-Оренбургский никогда не был и литературным начальником. При этом, он был кем угодно: подвижником, пассионарием, пропагандистом, просветителем, весомым критиком в своем деле, неистовым спорщиком с заклятыми оппонентами; ярым защитником своих политических баррикад... А ещё: душой общества, неуёмным веселым бражником, знатоком и ценителем мировой литературы и кино; неисправимым вольнодумцем, ревнивым полемистом, прекрасным исполнителем своих личных и известных русских романсов, арий и куплетов из классических оперетт... конечно,музыкантом, - в университетскую бытность он блестяще играл на рояле, любил «BEATLES “и (будучи на замене), нередко стоял за клавишами в том или другом ресторане вечерней Челябы; ко всему прочему, он браво скакал на лошадях, метко стрелял из ружья, дрался памятно на кулаках и лихо метал десантный морпеховский нож... Словом, ему было чем очаровать прекрасный пол, что он охотно и делал... Но не только очаровать, но и постоять за него, наказать обидчика, если в том была нужда... Да, чуть не забыл: он также, весьма недурно рисовал, предпочитая графику; и сделал серию классных иллюстраций к одному из своих первых романов- словом был человеком-оркестром, но... только не чиновником! И вот этого состояния «кем угодно» хватало ему, чтобы написать за 30 лет 30 томов и 2 трехактных музыкальных спектакля! Невероятно!!! Но более того - ещё и помочь многим начинающим дарованиям - на журналистском и писательском поприще.
Конечно, я не никоим образом не сравниваю Воронова-Оренбургского с такими корифеями, мастодонтами - критиками литературы и национальными идеологами современности, какими были академики - Д.Лихачев, А.Панченко, Б. Аверин, В.Кожинов, А. Проханов, Лакшин, Дедков или Селезнев... Я с большим пиететом отношусь к этим большими именам к их творчеству, научным литературоведческим работам, и меня радует выросшая за все последние годы слава, которой они все заслуженно и бесспорно достойны. Тому свидетельствуют тектонические, необратимые изменения в нашей истерзанной «смутным временем» стране и собственно - народное пробуждение ... Что ж, безвременно ушедшие от нас мыслители, зубры отечественной науки, как и положено, из современников достойно перешли в историю. Иные, куда более знаменитые: и патриоты, и демократы, на другой же день после своей кончины, несмотря на все старания властей или соратников, переходят в сноски, ссылки и примечания... А по сути, становятся фоном ушедшей истории, о них забывают не только друзья, но даже близкие люди и родственники, увы... Однако популярность Дмитрия Лихачева, Бориса Аверина, Александра Панченко, Вадима Кожинова - лишь растет на глазах! Их труды раскупаются и вновь переиздаются! Сегодня путинская - откровенно авторитарная, воровская и деспотичная Россия, - ее задыхающийся от нищеты и произвола власти народ, как никогда, почувствовал потребность в глубинных переменах и в своих русских мыслителях, а не в пришлых,заморских, чужих! И меня поражает, как по-хамски двуликие либералы ничтоже сумняшеся, по-привычке приватизировали себе имя Аполлона Григорьева, почвенника, крутого национального идеолога... Вашу мать!… Он же по взглядам своим для доморощенных либерастов — трижды фашист! Ловкачи - либералы сработали на опережение, потому как шкурой чуяли: скоро настанет, придёт неминуемо время потребности в национальных русских мыслителях, а они «избранные Небом» — тут как тут со своими услугами...
Дай Господи, пронесёт! И русский народ все-таки обойдётся на этот раз без «добрых услуг» сих хазарских упырей... Я отчетливо понимаю, что вчера и сегодня, даже на страницах «НАШЕГО СОВРЕМЕННИКА», бурлит и набирает все большую силу совершенно определенная грязная игра,— по отлучению, всех выше перечисленных мною титанов мысли, включая и светлые умы, ныне здравствующих ученных мужей-мыслителей «ИЗБОРСКОГО КЛУБА»,— от роли идеологов русского общества! Некая скрытая и не скрытая ( как в случае с Александром Прохановым) — откровенно подлая травля и демонизация их персоналий. Мол ( тот же активный гражданский деятель неуемный Проханов ) — и впрямь невероятно талантливый-плодовитый писатель и публицист; «ши- рокий и глубокий в своих метафизических воззрениях, как Русский Мир—увы, господа, — абсолютно чуждый творец — современной демократической идеологии и очевидный враг — нашего правительства и народного Президента! Болезненно любящий лишь Красную Россию и все её кумачовые социальные атавизмы... При этом, заметьте, испытывающий неизлечимую фантомную боль: по краху Советского Союза и исчезновению Великой Красной Империи... . Да,да! У колыбели которой, стояли его кумиры — чудовищные вожди-людоеды — ЛЕНИН и СТАЛИН!!»
Вот такие, мать их...времена в нашем « датском королевстве»... А между тем, и Александр Проханов, и Вадим Кожинов, и Александр Панченко... любили, принимали: и Вознесенского, и переменчивого, как флюгер Евтушенко, и Рейна, дружили-общались с Василием Аксеновым, с Юзеком Алешковским и Андреем Битовым, — были признаны западными славистами. Не буду даже отрицать, скажем Кожинов, со многими из них был весьма дружен... Мог кого-то и до смерти своей ценить и любить из либеральных талантливых литераторов. А почему нет, если талантливо?!... Что тут можно добавить к сказанному ? Просто все они были и есть добрые душой и хорошими истинно русскими людьми. Что же, право...им угрюмо отворачиваться от протянутой руки и что-то злобное цедить сквозь зубы? Да,бросьте вы, в самом деле... Вот это, было бы действительно не по нашему, не по-русски.
Но, давайте, вернемся к нашему герою, по моей вине, оставленному «на обочине», и я еще раз повторюсь. Конечно, я не сравниваю Воронова-Оренбургского с выше перечисленными теоретиками и критиками литературы... Да, у меня и не стояло такой задачи. Каждому свое... Но в контексте уже сказанного о русской культуре, национальной идее России и собственно концепции русскости, скажу... У Андрея Воронова-Оренбургского, как мне кажется, на первый план сегодня выходят не его исторические, основательно закрученные сюжеты и даже не поиск новых, еще не набивших оскомину тем...А именно его прозорливый, вдумчивый авторский взгляд на Россию, его видение сложных и судьбоносных проблем Отечества... И, если угодно, его писательский хроникальный анализ р у с с к о г о п у т и. Это - как надёжный фундамент для будущего, как каменный замок, перед строительством новой сторожевой башни. Решение этих архисложных задач он, как творец, осуществляет не посредством научных теоретических и литературоведческих изысканий, исследований... Но, как писатель: через драматические узлы судеб своих героев, через огненные чистилища — горнила эпох, в которых им суждено быть и пройти суровые, подчас страшные и жестокие испытания на прочность; чтобы при этом остаться людьми, помнить для чего и зачем ты рожден...Чтобы спасти от гибели свою поруганную Отчизну, очистить ее скверны и чужеродных врагов!
В течение 30-и лет, не теряя из виду творчество своего известного земляка, в конце своего разговора я попытаюсь сделать объективное резюме.
Последние полтора десятилетия, словно чувствуя некий высший долг, следуя Божьему замыслу, писатель Воронов-Оренбургский через свои романы — для всех россиян осмысливает историю России, не обходя все неприятные и бьющие по национальному самолюбию острые углы, определяя её истинный, глубинный национальный путь. И тем самым пытается дать себе и, конечно, всем нам, — что очевидно — да, трудную, но надежду на светлое будущее!
В заключении, хочу привести сильное, с дальним прицелом, высказывание самого Автора, услышанное мною во время одной московской литературной баталии, столь им любимых...
«Что ж, Вадим Кожинов оказался последним русским национальным богатырем-мыслителем 20 века. Который завершил собой и своей смертью столь трагический век, бросившись на амбразуру, перекрыв смертельный и губительный для русских огонь либерализма и индивидуализма! Браво! «Безумству храбрых поем мы песню!»
Из множества прозвищ, которые Александр Проханов получил, вступив на поприще служения Красной Империи: «Соловей Генштаба», «Денщик ГлавПУРа», «Советский Киплинг» и другие... Наиболее адекватным было, пожалуй, «Последний солдат Империи». Да, он воспевал Империю, пока Империя существовала... Но, в отличие от других — имя им легион...Он жертвенно верен ей и теперь, после гибели. Браво! Оmnia mea mecum porto.
Ex ungue leonem!
И если идеолог В. Кожинов дал нам щит, а Последний солдат Империи - А. Проханов слабеющей рукой передал нам меч... Уверен — Россия выстоит, и, как всегда, и победит! Быть может, такими и должны быть наши национальные герои? Без злобы и уныния, с гордо поднятой головой, высоко ценя : честь, доблесть, верность, достоинство и красоту. Н)о зная, что высшая красота - не торжествующая триумфом сила и звенящая успехом сталь... Но первостепенно — красота гражданского мужества».
Дмитрий Кружилин
Журналист, «Газета русских писателей», 2014 г.